Капля упала на голову Маяковского

Наивные люди вроде меня полагают, что законы предназначены для того, чтобы кодифицировать уже сложившиеся общественные отношения. Законодатель же думает совершенно иначе. Он полагает, что его миссия состоит в том, чтобы с помощью законов создать новые общественные отношения. Причем такие, которые бы заменили собой уже сложившиеся естественным образом. Собственно, именно про это Виктор Степанович Черномырдин и говорил: хотели как лучше, а получилось как всегда. Только получается даже не как всегда, а значительно хуже.

Хотели как лучше, когда принимали закон о защите детей вредной информации. Согласно этому закону, издательства должны присваивать книгам возрастные категории. А магазины, в свою очередь, должны следить, чтобы дети не купили чего неположенного. Но поскольку издательствам не хочется отвечать за несоответствие книг возрастным ограничениям после какой-нибудь неожиданной проверки прокуратуры, они просто лепят на все книги подряд ограничение 18+. В том числе и на включенные в школьную программу. И школьники потом не могут купить эти книги, как это произошло днях в Екатеринбурге. Где десятиклассница в трех магазинах подряд не смогла купить себе произведения Бродского, Есенина и Маяковского.

Или вот еще хороший пример — закон о защите персональных данных. Тоже принимали, чтобы сделать как лучше. Получилось как всегда, только хуже. Во-первых, теперь вы вынуждены постоянно заполнять никому не нужные длинные анкеты со всеми вашими персональными данными, которые разрешают использовать эти данные. А во-вторых, аэропорт Шереметьево только что перестал объявлять опаздывающих пассажиров по их фамилиям. Потому что фамилия — это персональные данные. Законодателю-то хорошо, ради него, если что, и рейс задержать могут. Зато опоздавший пассажир теперь может быть спокоен — его фамилию почти никто не узнает.

А всё потому, что в законе о персональных данных прямо так и написано, цитирую: «персональные данные — любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу». Любая, понимаете?

Теперь вот еще один законодатель предлагает запретить проносить в школу телефоны дороже 5 тысяч рублей. Почему 5 тысяч? Почему не 4? Не 6? А в Питере школьницу не пустили на линейку, потому что она покрасила волосы в синий цвет. То есть, синий цвет нельзя. А какой тогда можно? Как это можно формализовать? Если так же, как в законе о персональных данных или в законе о защите детей от вредной информации — то у нас в вами будет еще очень много смешных новостей.

Ну, хорошо хоть не грустных.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.