December 11th, 2012

Туда миллиард сюда миллиард

Регулярное и пристальное изучение сайта госзакупок может принести не только удивительные открытия, но и рассказать многое о народном хозяйстве. Мы же не перестаем удивляться, что у нас всё через одно место, ведь правда? А если изучать госзакупки, то можно понять — почему.

Вот, например, заказ на выполнение строительно-монтажных и иных работ на футбольном стадионе в городе Казани. В рамках подготовки к Универсиаде планируется оборудовать стадион на 45 тысяч зрителей слаботочной техникой. Слаботочная техника — это, если кто не знает, камеры наблюдения, сигнализация, противопожарные датчики, электронные замки и множество соединяющих всё это проводов и коммутаторов. Для стадиона на 45 тысяч зрителей это сотни камер, тысячи датчиков, многие километры проводов и очень, очень сложная принципиальная схема. Одна спецификация должна составлять тысячи пунктов. Много тысяч.

И, соответственно, во время аукциона предложенные разными подрядчиками варианты решений должны сравниваться — чтобы выбрать лучшее. Сравнивать должны эксперты с соответствующей квалификацией. Однако вряд ли. Срок подачи заявок — до 21 декабря. А аукцион пройдет уже 24 декабря. То есть, через три дня. А к первому марта всё должно быть готово.

Более того — подрядчик вряд ли сможет подготовить подробную заявку, поскольку никаких исходных данных для нее нет. Есть всего лишь техническое задание, выполненное на одном листе писчей бумаги. Там сказано так: «Выполнить следующие работы: приобретение и выполнение строительно-монтажных и пуско-наладочных работ по слаботочному оборудованию.» Конец документа.

А теперь, внимание, сумма контракта. 896 миллионов рублей. Почти миллиард.

То есть почти миллиард бюджетных рублей Министерство строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства Республики Татарстан готово заплатить не пойми кому неизвестно за что. А неизвестно кто должен быть уверенным, что за эти деньги он таки сделает слаботочное оборудование на стадионе, которого он даже не видел.

Вот теперь вы понимаете, почему у нас всё через одно место? Нет, еще не понимаете? Тогда почитайте там же заказ на вентиляцию для того же стадиона на миллиард рублей и на силовую электрику на полтора миллиарда.

И ведь в чем я ни на секунду не сомневаюсь — так это в том, что все эти три с половиной миллиарда рублей будут освоены.

Запись опубликована <kononenko/>. You can comment here or there.

Декаданс

До конца света осталось чуть больше недели. Американский дизайнер придумал пилюли для позолоты кала богатых людей. Рассерженные горожане отметили годовщину протеста. Единая картина мира прекрасна.

Белоруссия и Россия в двустороннем порядке урегулировали вопрос растворителей и разбавителей. Казахстан решил забрать себе космодром «Байконур». Конгресс США принял Sergei Magnitsky Rule of Law Accountability Act.

Мне очень нравится это безумное время. Время настоящего декаданса. Я не знаю, струится ли сейчас в ресторанах опиумный дым, но глядя на происходящее возле какого-нибудь «Недальнего востока» хочется верить в то, что струится. И с холодком где-то там, внизу, представлять, кто будет ездить на всех этих «Роллс-ройсах» и «Бентли» потом.

Мне не хочется в тысячный раз повторять свою избитую идею о грядущей человеческой катастрофе. Но я хотел бы обратить внимание на то, с какой надеждой и с каким воодушевлением мир ждет очередного армагеддона. Про конец света снимают телепрограммы, его делают темой номера глянцевых журналов, его используют в рекламе и обсуждают на школьных уроках. И я понимаю, почему так. Потому что человечество устало от самого себя. Оно самому себе надоело. А конец света — это такой удобный способ всё прекратить. Снять это напряжение, избавиться от ответственности. Не отдавать долги. Не думать о курсе. Не планировать маршей.

При советской власти рассказывали такой анекдот. Мол, объявлено о предстоящем через два дня конце света. И некое всемирное телевидение показывает репортаж из разных стран мира. А США — дикий запад. По улицам бегают люди с кольтами и уравнивают всё и вся. Во Франции — свальный грех и повсеместное пьянство. Лондон на кокаине, Берлин мужеложствует.

И вот репортаж из Москвы. Пустые улицы. Ветер треплет обрывок газеты и пустую консервную банку. Поперек мертвой улицы Горького — перетяжка. На перетяжке написано: «Пятилетку — за два дня!»

Так вот, дорогие мои: всё изменилось. Пятилетку за два дня теперь осваивают другие. А мы встречаем конец света так, как встречали его в том анекдоте все остальные — те, кому простые советские люди люто, бешено завидовали. Потому что не знали еще, что жизнь в капиталистическом обществе — это довольно сурово.

И весь тот вертеп, который в анекдотическом мире случился в странах развитого капитализма происходил именно от того, что американцы, французы, немцы и англичане желали конца. Они жаждали, вожделели его. Они мечтали, чтобы весь этот ад закладных на дом, платной медицины, денег на образование детям и дикого холода зимой поскорее закончился.

Вот только чтобы он закончился бы для всех сразу. Потому что принципиальное отличие армагеддона от простого самубийства состоит именно в том, что армагеддон касается всех. Без исключений. А умирать страшно не хочется именно потому, что остальные продолжат веселье. А тебе уже не придется.

И не знаю, как вам, а лично мне этого мира совершенно не жалко. Мне не жалко ни современного искусства, ни классического балета, ни русской литературы, ни продукции компании Apple. Мне даже водки не жалко. Да гори она синим пламенем, эта водка! Вместе с продукцией компании Apple!

На сами подумайте — на черта сдался мир, где выпускают пилюли для позолоты кала богатых людей, а весь день 10 декабря в русских медиа посвящен воспоминаниям о том, как хорошо было на митинге в прошлом году? Причем пилюли для позолоты кала в этом ряду выглядят даже более осмысленными, чем митинговые воспоминания.

Жаль только, что конца света, видимо, все же не будет. Потому что не бывает так правильно и хорошо. Потому что всё должно происходить медленно и неправильно. А несчастные майя, которые придумали календарь надежды, сами закончили плохо задолго до того, как пророчество должно было свершиться.

Но не бывает худа без добра. Да, нам придется и дальше ковыряться с ипотекой, объединением школ, платной и отвратительной медициной, дорогами и дураками. Но декаданс-то продолжится!

И каждый новый день принесет нам множество замечательных новостных заголовков. О двухстороннем урегулировании вопроса растворителей и разбавителей. О депутате Милонове. О платной эвакуации «Роллс-ройсов» и «Бентли» от ресторана «Недальний восток». О том, как Ксения Собчак заработала миллион долларов. О пилюлях для позолоты кала Ксении Собчак и владельцев «Роллс-ройсов» и «Бентли», стоящих у ресторана «Недальний восток».

И вот так вот, в струях опиумного дыма, в парах русской водки, мы и дотянем до следующего армагеддона.

И снова умрем.
ВЗГЛЯД

Запись опубликована <kononenko/>. You can comment here or there.

Справедливое

В ответ на закон Магницкого в ГосДуме вносят закон имени Димы Яковлева. Вы что, депутаты, одурели???

Может быть тогда в ответ закон имени Лизы Фомкиной? Которая погибла в лесу, когда ментов отзывали с поисков на день города? Закон четвырехлетней Надины Хасхановой, которая захлебнулась в канализационном люке? Закон имени шестилетнего Артема Новикова, который погиб, провалившись в люк? Никто ведь не понес ответственность за это! Закон Анны-Алены Ломановой двух лет, погибшей в мелкой речке? Ребенок ходил кругами вокруг деревень и никто ее не смог найти? Может быть закон имени Леры Устименко,тело которой нашли в Брянской области спустя месяц?Или закон имени Богдана Прахова?Убийц ведь не нашли. Как насчет закона имени десятилетнего Ивана Афанасьева, мальчика-инвалида, который пропал и замерз насмерть?! Его тоже не успели спасти!
Закон имени тех детей, которые погибли, потому что не довезли до больницы вовремя? Потому что больницы подходящей нет? Закон имени тех детей, на операции которым собирают всем миром деньги? Как насчет закона имени тех детей, которые были похищены? Как насчет закона о тотальной проверке ВСЕХ попрошаек с детьми?

Стыд и позор вам, «народные избранники».
Ирина Воробьева

Упреки Воробьевой справедливы.

Да, мы должны ответить на закон Магнитского (который есть ничто иное, как грубое вмешательства во внутренние дела России).

Но прикрываться для этого детьми — постыдное дело.

Запись опубликована Идiотъ. You can comment here or there.

Слишком много тоже не хорошо

Е. АЛЬБАЦ: И в студии мы говорим о том, что нас ждет в будущем году. Мы говорили о том, что будет с протестной активностью. Все присутствующие в студии согласились с тем, что скорее она в 2013 году упадет. Но вот что меня удивляет. Михаил Эгонович, помните, мы много об этом говорили и в прошлом году и весной этого года. Что собственно, ВВП на душу населения у нас поднимается к 16 тысячам.

М. ДМИТРИЕВ — Да уже за 20.

Е. АЛЬБАЦ – Точно?

М. ДМИТРИЕВ — Это последние оценки всемирного банка. Они близки к 20.

Е. АЛЬБАЦ – Это в среднем по стране? Это очень высокий.

М. ДМИТРИЕВ — У нас зарплата уже 800 долларов на человека. И это без паритета покупательной способности, по паритету значит больше тысячи.

Е. АЛЬБАЦ – Но тут даже не поймешь, как к этому относиться. Потому что если мы следуем теории Адама Пшеворского, то слишком много тоже нехорошо, как правило, это ведет к консервации авторитарных режимов.
Отсюда

«Слишком много тоже нехорошо».

Вот поэтому революция обречена.

Запись опубликована Идiотъ. You can comment here or there.

Интервью о том, как всё устроено

В связи с более научной статьей, я недавно общался по имейлу с Максимом Кононенко (@kononenkome), чтобы узнать больше о его взглядах на «неоппозиционный» блогинг и сетевые общественные движения. Кононенко известен как один из «пионеров» Рунета, публицист, колумнист, программист, и телеведущий, среди прочего. Он считает себя «либералом», хотя его политическая позиция далека от оппозиционной.

Большое спасибо Максиму Витальевичу за уделенное мне время и за ответы! (И спасибо Андрею Целикову, который вычитал черновой русский текст моих вопросов.) Я надеюсь, что нашим читателям понравится интервью настолько, столько оно понравилось мне.

Кевин Ротрок: Здравствуйте Максим Витальевич, я стараюсь понять, можно ли доказать что неоппозиционные блогеры в России являются общественным движением. Ученные и журналисты обычно исходят из предположения, что блогеры несистемной оппозиции в России являются именно такой силой, даже если в общем они раздробленная и слабая группа. Я хочу выяснить какие заключения можно сделать о противной стороне – неоппозиционных блогерах.

Одно из самых известных определений по этой теме принадлежит американскому политологу Чарльзу Тилли. Он писал, что общественные движения объединяют следующее факторы:

  1. кампании: устойчивые, организованные общественные действия по выработке коллективных требований к властям;
  2. формы: использование комбинаций из числа следующих форм политической деятельности: создание специализированных ассоциаций и объединений, общественных встреч, торжественных акций, демонстраций, митингов, передач петиций и заявлений к и через средства массовой информации и дискуссии;
  3. WUNC-демонстрации: согласованные общественные представления важности (worthiness), единства (unity), численности (numbers) и обязательств (commitments) со стороны самих участников и/или тех, кого они представляют.

Вопрос первый.
Как Вы считаете, хорошо ли определение Тилли характеризует Вашу работу как блогера? Или может быть только часть его концепции относится к тому, чем Вы занимаетесь? Или факторы Тилли вообще несвязанны с Вашим блогингом?

(Хочу заметить, что я уже допускаю, что идея Тилли скорее всего не полностью совпадает с реальностью активности многих блогеров. WUNC и прочие традиционные факторы придуманы уже давно, до феномена блогинга – который все таки происходит не на улице с флагами и лозунгами, а в виртуальном пространстве.)

Вопрос второй.
Даже если Вы считаете, что почти все части этой концепции не характеризуют Ваш блогинг, мне было бы интересно узнать если какие либо части его теории кажутся подходящими в Вашем контексте.

Вопрос третий.
Наконец, независимо от вышеуказанных ответов, мне интересно было бы узнать, как Вы в целом относитесь к главному вопросу моего проекта? Можно ли классифицировать какие либо объединения блогеров как общественные движения? Возможно ли это сделать с научной точки зрения, или вся инициатива неизбежно является политизированной игрой?

Максим Кононенко: Надеюсь, что вы понимаете про Россию одну важную базовую вещь — двадцать лет назад все мы жили в Советском Союзе. Это было довольно своеобразное общество — весьма убогое в бытовом отношении, но при этом довольно равномерное социально. То есть все жили одинаково плохо, но поскольку так жили все, то эта убогость бытия особенно никого и не волновала.

Потом буквально в одночасье (за считанные недели зимы 92-го года) всё радикальным образом изменилось.  И общество резко разделилось на тех, кто сумел приспособиться к новым, антисоциальным условиям (меньшинство) и тех, кто продолжал жить, как прежде (подавляющее большинство). Те, кто продолжал жить, как прежде, очень завидовали тем, кто приспособился. Завидовали их автомобилям, их изменившемуся быту, их поездкам за границу. Эта зависть породила колоссальное социальное напряжение девяностых годов — эпохи, когда практически все доходы жестко перераспределялись в пользу тех, кто приспособился (особенно — тех единиц из них, которых назвали «олигархами»).

И вот пришел Путин. И выросли цены на нефть. Путин стал национализировать олигархические предприятия. А в государственных предприятиях, разумеется, штат в разы больше. То есть — в разы больше тех, среди кого перераспределяется прибыль. В разы вырос и чиновничий аппарат. Всё это, плюс тотальная коррупция еще больше увеличило количество граждан, дотягивающихся до крошек от огромного нефтяного пирога. И социальная ситуация парадоксальным образом стала выравниваться. Деньги потихоньку поползли в регионы. Люди стали уверены в завтрашнем дне (при Ельцине это было невозможно), стали строить планы, рожать детей, брать кредиты, покупать машины, квартиры и строить дома. И до сих пор подавляющее большинство населения страны занято именно этим — потреблением в стремлении догнать то, чего люди были лишены при советской власти и Ельцине.

В Москве же в последние годы сформировался слой людей, для которых проблема потребления в общем случае решена. Это, во-первых, советские люди, сориентировавшиеся в новых условиях. А во-вторых, это люди, которые советскую власть не помнят, а выросли уже в капиталистической Москве и знают, как с ней обращаться. Вот эти две категории людей и составляют основу современного российского уличного протеста. И именно этим объясняется то, что в Москве этот протест есть, а в регионах его нет — регионы еще потребляют. По мере того, как регионы будут насыщаться, протест будет расползаться и по регионам. Но вряд ли он превысит один процент от населения (это моя оценка).

Отсюда следует, что формулировки Чарльза Тилли к нашей российской действительности не очень подходят. Коллективные требования к властям у нас предъявляют довольно небольшие коллективы. И требования эти почти всегда очень утилитарны. С единством в России вообще очень плохо — после крушения довольно единого советского общества новое общество так и не сформировалось, люди живут разрозненно.

Поэтому любое исследование «оппозиционной блогосферы» всегда рискует превратиться в исследование довольно узкого коммьюнити людей, связанных друг с другом какими-то общими интересами. Ну вроде «блогосферы рыболовов» или «блогосферы студентов такого-то вуза».

То же самое и с «прокремлевской блогосферой». В общем случае это коммьюнити людей, знакомых друг с другом в силу проживания в одном городе (Москва пусть и мегаполис, но аудитория более-менее интеллектуальных клубов и кафе в центра составляет вряд ли больше тысячи человек). При этом «оппозиционные блогеры» и «прокремлевские блогеры», разумеется, все друг с другом знакомы и зачастую учились или работали вместе. И их «противостояние» в интернете по большей части представляет собой игру.

Впрочем, вокруг этого вот ядра знакомых друг с другом людей есть, конечно, и идеологические люди. Последователи, так сказать. Они есть и с той и с другой стороны, причем ядерная блогосфера (как оппозиционная, так и прокремлевская) относится к этим вот идеологически настроенным последователям довольно снисходительно. Как к детям.

Но никакого противостояния суперсистем нет.

Так что ваше предположение про «политизированную игру» в общем верно. Политические движения в российской блогосфере пока не формируются. Благотворительные — формируются. Волонтерские — формируются. Экологические — хуже, но тоже формируются. С 2005-го года мы проделали колоссальный путь в этом направлении. А вот политические движения — нет, не формируются. Они не выходят за рамки старых тусовок, сформировавшихся в первое путинское десятилетие. Причем «оппозицию», заметьте, по большей части возглавляют те, кто был на стороне власти в это самое десятилетие нулевых. А потом, разочаровавшись или устав, переметнулся на другую сторону. Те, кто остался (вроде меня) не составляют никакой объединенной силы, а являются одиночками. Это, можно сказать, некоторое интеллектуальное упражнение — обосновывать и оправдывать действия современного Путина, поскольку делать это куда как сложнее, нежели еще пять-шесть лет назад.

Но в общем и целом российское общество и блогосфера как его производная совершенно аполитичны.

Кевин Ротрок: В 2008м году, Флориана Фоссато, Джон Лойд и Александр Верховский опубликовали книгу под названием «Сеть, не оправдавшая ожиданий» [анг]. Они сделали вывод, что российское государство сознательно вмешивается в Рунет, и вводит в бой с оппозицией прокремлевских блогеров и «троллей», чтобы «производить тщательно испытанные механизмы для пропаганды и манипуляции».

Что Вы об этом думаете? Написали ли Фассато et al правду? Их идея (да и не только их) в том что в Рунете существует оппозиционно настроенное «grassroots» (низовое) движение. Это движение атакуют некие «тролли», которых режиссирует Кремль. Может ли такая интерпретация соответствовать реальности?

Например, мне кажется, что есть две альтернативы: или (1) совсем нету «grassroots» и все политические блогеры просто играют ту музыку которую кто-то заказывает с верху, или (2) все таки «прокремлевские»/«неоппозиционные» деятели тоже пишут честно, без манипуляций с верху. Какое Ваше мнение по этому вопросу?

Максим Кононенко: Мир многообразен. Безусловно существуют лидеры общественного мнения, лояльность которых оплачивается. Но точно так же инвестируется и «оппозиция». Но это касается только действительно лидеров, их единицы что с одной, что с другой стороны. Они иногда отрабатывают навязанную сверху повестку, но это бывает именно что иногда. В основном они не идут против своей совести, когда стоят на той или другой стороне. И пишут то, что думают сами.

Кроме этого существуют другие категории оппонентов, как с одной, так и с другой стороны.

Во-первых это идейные борцы. То, что вы называете «тролли». Их борьбу можно сравнить с борьбой фанатских группировок — она столь же бессмысленна, сколь и увлекательна. Фанаты есть у обоих сторон — и у Путина, и у Навального. И именно они, фанаты, производят подавляющее большинство дискуссионного трафика в ЖЖ. Им никакая режиссура не нужна, они сами режиссируют вполне увлекательные сюжеты (например, тот самый сюжет с беременным хипстером на Болотной).

Во-вторых, есть идейные тролли. Не идейные борцы, а именно идейные тролли, идея которых состоит в том, чтобы троллить всех и каждого. В ЖЖ Навального они троллят восторженных последователей Навального. В ЖЖ Максима Соколова, например, они троллят поклонников Максима Соколова. Ну, это просто часть сетевой культуры. Надо понимать, что anonymous бывает разный. Бывает anonymous, который против государства вообще, а бывает anonymous, который против какого-то другого государства (например, Грузии).

В-третьих, это соискатели бюджетов. Причем, опять же, что с одной, что с другой стороны. Поскольку и та и другая стороны финансируются, то находятся энтузиасты, пытающиеся продать обеим сторонам готовые бот-сети. Ну или свой блог просто как рекламный носитель.

Низовое оппозиционное движение действительно существует. О его природе я писал в прошлом письме. Но точно так же существует низовое патриотическое движение, и оно значительно мощнее, чем оппозиционное, хотя и менее привлекательное в медийном плане. Поверьте, людей, которых раздражает езда лидеров оппозиции к американским конгрессменам в русском интернете значительно больше, чем людей, которых пусть и раздражает Путин и его дряхлеющая система, но все же не готовых делиться этим горем с политиками другой страны.

Кевин Ротрок: Мне очень интересно, что Вы написали про кровосмесительное «коммьюнити людей». Если вся политическая блогосфера играет в тусовке, значит ли это что большинство блогеров относятся к собственной работе как к игре? Вы упоминаете некое «интеллектуальное упражнение» – является ли такое упражнение игрой для Вас? Максим Кононенко как персона это просто красноречивый и противоречивый спорщик, или он критикует оппозиционеров из-за какой-то искренней миссии?

Максим Кононенко: Это хороший вопрос. Я не знаю, как у других (взаимоотношения с текущим контекстом бывают очень сложные, посмотрите, например, на Марата Гельмана, Глеба Павловского, Марину Литвинович, Стаса Белковского), я могу рассказать вам о себе. Я очень либеральный человек. В юности мой либерализм был абсолютен, но по мере моего взросления и роста ответственности за семью, детей и родителей мой либерализм стал как бы огораживаться от большого и шумного мира. Я остаюсь либералом, но я не хочу, чтобы мой мир пересекался с миром идейных революционеров, с миром людей, которые бросают асфальтом в полицию и вообще выходят на митинги. А поскольку я все-таки остаюсь либералом, то я не могу позволить сказать себе: давайте всех этих людей отправим в ссылку в Сибирь. Нет. Я буду сам бороться с этими людьми теми методами, которые отвечают моему либеральному внутреннему устройству — я буду гнобить их и масштабировать их грехи (вроде истории с юридическим стажем Навального). Это одновременно игра, интеллектуальное упражнение, но одновременно и политическая позиция.

К сожалению, таких как я довольно мало. Но есть и другие ипостаси того же самого. Возьмите, к примеру, Навального. Навальный — политик. Нынешний образ «борца с коррупцией всея Руси» — четвертый из его публичных политических проектов. Сначала было «Яблоко», потом «Да-дебаты», потом — движение «Народ». В эти три раза не получилось, хотя «Да-дебаты» были очень популярны и Навального даже позвали на телевидение. И он роль телеведущего принял на полном серьезе! Потому что это была его капитализация, а он, повторюсь — от природы политик. А вот с разоблачениями у него получилось. И он приобрел настоящий политический вес.

А теперь ответьте мне — что были «Яблоко», «Да-дабеты» и движение «Народ» для Навального? Игра? Интеллектуальное упражнение? Попытка? И стоит ли серьезно относиться к его антикоррупционной борьбе, если все три своих предыдущих политических ипостаси он благополучно забыл? Я не знаю.

К тому же не забывайте, что почти все друг с другом знакомы, что с той, что с другой стороны. Они вместе работали, вместе занимались политическими проектами, потом расходились, занимались другими политическими проектами, оппонировали. Да об одних только моих отношениях с Мариной Литвинович можно написать киносценарий!

К тому же у всех (то есть буквально — у каждого) совершенно разная мотивация. Немцов мстит Путину за то, что не он стал президентом. Каспаров откровенно работает на Госдеп. Кашин ненавидит режим за свое избиение. У каждого — свои причины. У тех, кто с другой стороны — тоже.

Кевин Ротрок: Последний вопрос: почему политические движения в российской блогосфере не формируются, а благотворительные, волонтерские и экологические формируются? Да, может Вы правы и гражданское общество в России еще слишком советское чтобы активизироваться, но почему некоторые части общества все-таки просыпаются? Почему именно эти?

Максим Кононенко: Потому что в благотворительных и волонтерских движениях в общем случае нечего делить. А ключевым вопросом любого политического проекта является вопрос «кто главный?» Собственно только в этом состоит причина несостоятельности всех политических коалиций в России за последние 10 лет. Они никак не могут договориться, кто главный. Но эти, которые не могут договориться — люди из прошлого. Те самые условные Немцов, Лимонов, Каспаров.

Теперь им на смену приходит поколение, родившееся уже после СССР. Поколение двадцатилетних. Они несколько по-другому смотрят на жизнь и могут договориться. Так что политические движения в Сети будут появляться, конечно. Дайте срок.

Запись опубликована Идiотъ. You can comment here or there.