April 12th, 2017

Сеть неизбежна

Наверное, публицист должен радоваться, когда высказанные им в статье тезисы блестяще подтверждаются последующими событиями. Но после того, что мы услышали и увидели по следам событий 26 марта, радоваться как-то не получается. Я-то тезисы, быть может, и сформулировал. Вот только те, кто надо, их никак не восприняли.

Основной же из тезисов, высказанных мной в статье «Ихтиология», состоял в том, что многие (хоть и не все) из людей, принимающих решения, не понимают природы интернета. В то время как все дети, родившиеся в XXI веке, её понимают.

И буквально сразу же после этого ВЦИОМ проводит опрос, результаты которого словно бы специально предназначены для того, чтобы проиллюстрировать эту нехитрую мысль. Вот прямая цитата: «Гипотетическая ситуация полного исчезновения интернета не вызовет паники среди населения: 47% граждан сказали, что в этом случае в их жизни ничего не изменится, 26% — что влияние будет крайне слабым».

73% (47+26) опрошенных — это и есть те люди, о которых я писал. Не понимающие природу сети. Не понимающие, что без интернета они уже не смогут записаться к врачу. Определить в школу ребёнка. Получить справку в МФЦ. Оплатить счёт за ЖКХ и штраф. Получить на банковскую карту плату за услуги. Да и самой этой банковской карты у них без интернета не будет. Без интернета любая бумажка от чиновника до чиновника будет добираться днями, а не мгновенно, как сейчас. Оскудеет ассортимент магазинов. Вырастут цены (а как же! Логистика же усложнится). Без интернета перестанут работать мобильная связь, радио и телевидение, остановится выпуск газет. Современное государство, коим, безусловно, является теперь Россия, без интернета уже не функционально. И если 73% страны этого не понимают — это, конечно, не их беда. Они этого знать и не обязаны. Мы не очень-то знаем, что у нас внутри, на то существует доктор. Так и с интернетом.

Но если мы в общем случае не готовы давать доктору советы, как нас лечить, то с интернетом наоборот. Советы дают все кто угодно. И главный из этих советов: взять всё — и запретить. ВЦИОМ проводит ещё один опрос, по результатам которого «идея запрета на выход в социальные сети детям до 14 лет нашла поддержку среди населения: за выступили 62% россиян». Какая «идея» — пользовательские соглашения чуть менее чем всех социальных сетей и так запрещают пользоваться ими детям до 14 (у Facebook — до 13) лет! Это то же самое, что было с детскими фильтрами для интернет-контента, появившимися в браузерах ещё в 1996 году. У каждого из родителей в руках уже 20 лет есть инструмент, с помощью которого они могут сами решить, что их дети смогут увидеть в сети, а что не смогут. Но родители не хотят это решать. Они хотят, чтобы за них это решало государство.

И вот по следам поддерживающего опроса уже обсуждается внесённый в Госдуму депутатом Милоновым законопроект «О правовом регулировании деятельности социальных сетей». Законопроект, который ничем не лучше любых предыдущих: скажем, о новостных агрегаторах, где в одном месте закона агрегатор — это программа, а в другом — это устройство. Или закона Яровой, где предлагается хранить то — не знаю что. То же самое и с законом Милонова. Социальная сеть в нём определяется как «сайт, предназначенный для распространения в сети интернет пользователями информации». Под это определение подпадает любой сайт с комментариями. Да вот хотя бы тот, где вы читаете эту статью. Но зато под него не подпадает ни одна социальная сеть, работающая без сайта. А только через приложение на устройстве. Люди с подобным уровнем понимания сети пытаются эту самую сеть контролировать, вызывая у тех, кто в сети живёт, только снисходительные улыбки. Роскомнадзор тут выдал предписание блокировать сервис Zello — этакую «интернет-рацию», которую используют для связи протестующие дальнобойщики. Как думаете, сколько времени понадобится Zello, чтобы поменять адреса серверов и номера портов, через которые работает их инфраструктура? Пара дней. А сколько понадобится программистам, которые на пустом месте немедленно соорудят аналог Zello? Две недели. А сколько времени понадобится дальнобойщикам, чтобы перейти на Telegram, предоставляющий такую же функциональность? Нисколько.

Причём не надо думать, что это вот законодательное бессилие свойственно только нашей стране. Нет, в Германии не далее как несколько дней назад правительство одобрило законопроект, предусматривающий гигантские штрафы за распространение в социальных сетях «фейковых новостей», что бы это ни значило.

То есть в Германии тоже не понимают, что с интернетом нельзя бороться, как нельзя бороться с явлениями природы. Законодатели придумают определение — а миллиарды людей в интернете немедленно придумают новую сущность, которая не подпадает под это определение. Вы запретите файлообмен — файлообмен исчезнет, появятся торренты. Вы запретите торренты — появится ещё что-то. Вы будете затыкать дырки, а в это время жизнь в интернете будет продолжаться, и она будет продолжаться без вас. И вы о ней ничего не узнаете, поскольку заняты борьбой с фантомами, которые сами и выдумали. «Синий кит» никого не убил. А вот японские рестораны в Питере, оказывается, убивают. Вы бы, быть может, узнали об этом, если бы отвлеклись от «Синего кита» и внедрились бы в сеть со знанием дела. Но агентурная работа — это уныло и скучно. То ли дело внести законопроект, который вызовет такой резонанс.

Но у меня есть и более печальные новости. Которые я изложу вам в силу полученного в Московском институте радиотехники, электроники и автоматики образования по специальности 22.011 «вычислительные машины, комплексы, системы, сети».

Видите ли, интернет — это не технология. Не инфраструктура. И уж тем более не контентное наполнение. Интернет — это идея. И что бы вы ни делали с существующим интернетом, основанным на протоколе TCP/IP, идею коммутации пакетов вы всё равно не сможете регулировать законодательно. И поэтому сеть неизбежна, даже если закрыть вообще весь интернет.

И пусть 73% опрошенных утверждают, что они ничего не заметят, но оставшиеся-то заметят. Та самая школота, оставшись без интернета, просто сделает себе другой интернет. Напишет другой протокол. Назовёт его по-другому (а в законах везде прямо указано: TCP/IP. Ещё бы Windows в законах писали!). Придумает, как передавать сигнал, — а при нынешнем развитии технологий это можно делать хоть по осветительной электросети, а хоть и по водопроводу. Можно по радио. Можно светом. Да какая разница чем — был бы носитель сигнала, который можно модулировать.

В позднесоветском кинофильме «Взломщик» герой Константина Кинчева, бескомпромиссный рок-герой, патетически восклицал: «Нас нельзя изменить, нас можно только уничтожить!» Теперь Константин Евгеньевич — примерный патриот, православный активист и всё такое. А всё почему? А потому что с ним однажды напрямую побеседовали неглупые люди. И, не уничтожая, таки смогли изменить.

И пока современные политики по всему миру не поймут, что другого метода воздействия на процессы, происходящие в сети, не существует, — они всё время будут пытаться догнать убегающий поезд.
RT

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Физики и лирики

Классический шестидесятнический спор между физиками и лириками сводился к тому, что учились-то обе категории одинаково, однако лирики по итогам обучения получали зарплату значительно меньшую, нежели физики. Прошло всего каких-то 50 лет и всё изменилось — те физики, что не успели уехать, опустились куда-то ко дну, а лирики, наоборот, воспарили, поднявшись из своех поэтических дворницких и кочегарок до высот колумнистов, публицистов и блогеров.

Но изначального распределения функций двух категорий людей это всё равно не изменило. Физики по-прежнему исследуют окружающий мир. А лирики всё так же интерпретируют результаты этих исследований.

Вот, например, ученые из университета Цюриха однаружили неожиданный эффект электростимуляции мозга. Они взяли 145 добровольцев, разделили их на равные группы, после чего заставили всех кидать игральные кости и сообщать полученный результат. При этом испытуемым было известно, что за определенные результаты будет выплачен доллар. А испытателям было известно, каким должен быть результат, согласующийся с теорией вероятностей. При этом всем испытуемым проводилась электрическая стимуляция мозга, причем тремя разными способами.

В результате эксперимента выяснилось, что один из типов такой стимуляции приводит к тому, что у людей возникала склонность к честному поведению. Но при этом, слушайте внимательно, эта стимуляция не влияла на тех людей, которые обманывали из корыстных или из благородных побуждений.

Понимаете? Нет, вы не понимаете. Вы не понимаете, что это за такие причины могут быть для обмана, как не корыстные или не благородные. А я вам объясню. Речь идет о художниках. О поэтах и сказочниках. И тех, кто обманывает не потому, что хочет конкретного результата. А просто потому, что не может иначе. Потому что его руками движет господь.

Физики всего этого, конечно, не понимают. Они просто нашли какой-то один вид электричества, который тормозит фантазию художников и поэтов. И констатируют это.

Но поскольку господь создал не только лириков, но и физиков тоже, то, разумеется, существует такой вид электричества, который остановит и тех, кто корыстен. Как и тех, кто благороден.

Просто его ученые еще не нашли. Но вот почему художники, поэты и сказочники оказались более уязвимы, чем жулики и допропорядочные — это, конечно, интереснейший вопрос для анализа.

И ответ на него дадут, конечно, никакие не физики. Только лирики способны ответить на этот вопрос.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.