December 28th, 2017

Триллионом ответишь

В мире чистогана, как известно, не забалуешь. У капитализма действительно звериный оскал, но скалятся зачастую не сами капиталисты, а как раз потребители. Жительница Калифорнии Виолетта Майлян подала иск к компании Apple. Она требует компенсировать ей моральные страдания, которые она испытала, узнав, что iPhone со старыми батарейками работают медленнее, чем с новыми. Потому что производитель специально занижает частоту процессора, мотивируя это тем, что иначе на холоде телефон просто выключится.

А теперь, внимание, сумма требований. Девятьсот девяносто девять, еще раз внимание, миллиардов долларов США. То есть, без малого триллион.

И тут бы просто подивиться жадности одних и хамству других. Потому что, конечно, вовсе не из-за внезапных отключений Apple занижает частоту процессора, а именно потому, почему мы подумали — чтобы нам пришлось купить iPhone новой модели.

Но ведь не только Apple так делает. Так делают все. Автомобильные компании выпускают машины, рассчитанные на сотню тысяч пробега или три года жизни, а авторизованные сервисы внимательно следят за тем, чтобы машина сломалась сразу же после окончания гарантийного срока. Новые версии операционных систем перегружают старые компьютеры, а новые компьютеры требуют новых операционных систем. Старые телевизоры не показывают новые фильмы, а новые телевизоры показывают старые фильмы так, что хочется выключить. А главное — все производители постоянно меняют функциональность устройств, которые мы уже купили, без нашего ведома. А ведь это, казалось бы, уже наши устройства, а не их.

Так не пора ли назвать нынешнюю модель потребления так, как она должна называться на самом деле? Это ведь никакое не приобретение. Это лицензирование. Когда компания Microsoft придумала не продавать свою операционную систему MS-DOS, а лицензировать ее копии, люди никак не могли понять, что это значит. Ты как бы платишь, но копия системы твоей не становится. Она все равно остается принадлежащей компании Microsoft. Потом на такую же схему перешли все производители программ. И даже усовершенствовали ее — теперь программы даже не лицензируются. Ими просто можно пользоваться по подписке.

Получается, что и с устройствами теперь всё точно так же. Мы платим не за то, что устройство наше, а просто за то, что мы можем им пользоваться в течение времени, отведенного производителем.

И всё бы ничего в этой современной модели. Кроме одного только: почему же мы при этом платим за пользование устройства больше, чем раньше платили за то, что оно становилось окончательно нашим?

И вот как только мы осознаем этот тонкий момент, сумма иска в триллион долларов не покажется нам чрезмерной.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Конец революции

В январе 1917 года 46-летний Владимир Ильич Ленин, сидя в Швейцарии за кружкой пива, с грустью писал: «Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв этой грядущей революции». В конце того же года он возглавил Россию.

В марте 2017 года 41-летний Алексей Анатольевич Навальный пил шампанское, радуясь миллионам просмотров своего разоблачительного фильма «Он вам не Димон». В конце того же года он, политически одинокий и испортивший отношения с прессой, не был допущен к выборам президента.

Уходящего года многие ждали с опаской — слишком уж страшно и велико было случившееся сто лет назад событие, переломавшее древнюю страну и сотни миллионов судеб. Мистика круглой даты не отпускала до самых последних дней декабря, когда, казалось бы, уже стало понятно, что никакой революции не произошло. Однако же она произошла.

К концу года столетнего юбилея русской политической катастрофы и торжества улицы вдруг стало понятно, что в 2017 году улица в России закончилась. И, какими бы несовершенными не были конституционные процедуры, страна уцепилась в эти процедуры, словно бы в страхе от того, что былой кошмар повторится.

Сергей Удальцов подсказывает Геннадию Зюганову кандидатуру Павла Грудинина. Ксения Собчак приступает к сбору ста тысяч подписей. Илья Яшин руководит Красносельским советом муниципальных депутатов и после того, как Навальный кинул его с мероприятием в Лермонтовском сквере, скорее всего, больше не будет устраивать уличных сцен. Вячеслав Мальцев, последний из уличных смутьянов, позорно бежал. Вы слышите? Не грохочут сапоги! Через сто лет после октябрьской революции русская уличная политика цивилизовалась и встроилась в общий процесс. Все начали играть в одну общую игру. А мы с вами этого даже и не заметили.

И только один Алексей Навальный, мимо которого медленно и величественно проезжает весь этот могучий политический поезд «Россия», продолжает рассказывать на своем стремительно теряющем популярность YouTube-канале о каких-то массовых протестах и «забастовке избирателей». Кому он это рассказывает? Вообще непонятно.

Одних кандидатов в президенты сорок пять штук! Ладно, большинство из них до выборов не дойдут — но ведь эти люди объявили о своем участии в процедуре, а не вылезли на Лобное место с криками: «Путин, уйди!»

И этот результат кажется мне главным политическим результатом уходящего года. Россия, кажется, окончательно избавилась от морока революции. И, справедливости ради, надо бы поблагодарить за это чудесное избавление Соединенные Штаты Америки и страны ЕС, которые в этом году четко и определенно показали жителям России, что все свои проблемы они (то есть — мы) могут решить только сами. И что не дай бог наши проблемы попробуют решить Соединенные Штаты Америки и страны ЕС, гори они все в аду вместе со своими олимпийскими комитетами. Пример тому мы имеем возможность ежедневно лицезреть на Украине.

И если вы считаете, что всё это — застой и стагнация, то я салютую стагнации и застою, потому что всё в мире должно происходить медленно и неправильно, чтобы не сумел загордиться человек, чтобы человек был грустен и растерян.

Это я обещал Екатерине Михайловне Шульман временно воздержаться от цитирования Ильфа и Петрова, а наоборот, цитировать «Москва-Петушки». Так и продолжу. Все говорят: Кремль, Кремль. Ото всех Алексей Анатольевич Навальный слышал про него, а сам ни разу не видел. Сколько раз уже (тысячу раз), на митинг или с митинга, проходил по Москве с севера на юг, с запада на восток, из конца в конец, насквозь и как попало — и ни разу не видел Кремля.

И не увидит, потому что Кремль, небесный, открывается только тому, кто знает, как в него заходить. А заходить в него следует с уважением. И уж по крайней мере без обещаний немедленно всех посадить, отобрать всё и поделить. Тем, кто видит своей целью разрушение даже того малого, что уже создано, небесный Кремль не открывается. А открывается только Курский вокзал с чемоданом и государством по выбору. Мальцев вот выбрал Францию. Но в Испанию, говорят, тоже можно. Тем более, что Администрация президента уже выправила тебе загранпаспорт.

И если вам интересно, что будет с Навальным дальше — просто открывайте биографию Ленина и читайте ее, начиная с 1917 года, в обратном порядке. Там еще с братом будет очень эмоционально окрашенный эпизод.
RT

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.