April 19th, 2018

Без ошибок

Международная политика не предполагает признания ошибок. Мы можем представить себе, как полномочные представители США и России перед очередным экстренным заседанием Совета Безопасности обнимаются и целуются — но мы никогда не сможем представить себе, как после этого один из них говорит собравшимся так: Извините, мы тут ошиблись.

Признание ошибок возможно во внутренней политике, хотя это случается редко, а в нашей стране — исчезающе редко. Но все же мы помним извинения президентов и уходы в отставку. Признания же собственной неправоты перед иностранными партнерами мы не помним. И это объясняется довольно просто. Извиняясь за самого себя или собственные действия политик и чиновник выступает в личном качестве. Извиняясь за то или иное действие на международной арене дипломат или политик выступает от лица целой страны. От лица каждого из её граждан. Далеко не все из которых готовы извиняться перед кем бы то ни было за что бы то ни было. Помните хрестоматийное: «Я никогда не буду извиняться за Соединённые Штаты Америки, несмотря ни на какие факты» (Джордж Буш-старший). Вот это как раз о том, о чем я говорю.

Этот простой постулат порождает интересные следствия. Вот взять, к примеру, дело с отравлением Скрипалей. Пока это было внутреннее уголовное дело, у британских властей было множество путей к отступлению. В любой момент любой политик мог заявить: да, мол, нет у нас никаких доказательств, что это русские. Формула общеизвестна, химики есть много где, сделать яд мог кто угодно. Но как только с высокой премьерской трибуны прозвучало заявление об акте международного терроризма — всё, путей к отступлению больше нет. Теперь только вперед, на худой конец — глухая оборона. Рассказы про «веские доказательства», про «никакой другой альтернативной версии нет» и всё такое прочее — нет, мы никогда уже не заставим их признать, что это ошибка. Потому что на международном уровне никто никогда ошибок не признает. Мы, кстати, тоже.

Так что вся эта история с экспертами Организации по запрещению химического оружия в сирийской Думе, которые будут искать там следы применения Асадом химического оружия против собственного населения — она не имеет ни малейших шансов на какой-то новый исход. Уже сейчас мы видим, как это всё происходит: Россия и Сирия приглашают экспертов ОЗХО в Думу, США и Великобритания наносят удар по Дамаску; эксперты приезжают в Думу; Россия и Сирия не могут предоставить им гарантий безопасности после ракетных ударов; МИД Франции немедленно обвиняет Россию и Сирию в том, что они ПРЕПЯТСТВУЮТ работе экспертов ОЗХО. Россия находит свидетелей того, как снимался постановочный ролик о химической атаке, свидетели говорят складно и непротиворечиво — на Западе никто этого вообще не замечает. Россия находит в Думе лабораторию, где боевики производили химическое оружие — на Западе это никого вообще не интересует. И дело тут не в России, не в Сирии и даже не в том, действительно ли это та самая лаборатория. Может, её российские военные сами построили, как «Белые каски», которые ворвались в больницу и закричали, что тут все отравлены. Все это не имеет никакого значения. Вне зависимости от того, что на самом деле произошло в Думе и произошло ли там вообще хоть что-нибудь, позиции сторон уже заявлены и стороны от них не отступят.

Интересно с высоты этого знания рассмотреть поведение двух президентов — Трампа и Путина. Путин — человек, искушенный во внешней политике. Стиль Путина — ждать. Не форсировать ситуацию. Потому что Путин понимает — во внешней политике не отступишь, внешняя политика как храповик. Назад дороги нет.
Трамп же бизнесмен и этого пока не понимает. Его стиль: давить, а когда давить уже дальше некуда — отступить. Похлопать по плечу и сказать: Ну ладно, старина, проехали. Кто старое помянет — тому глаз вон. Увы, в ООН так не получится. А сколько еще всего произойдет в этом идущем вразнос мире, пока Дональд Трамп поймет, что президент — не бизнесмен, и что США — это не его собственная компания? Хотелось бы, чтобы ему уже объяснили эту довольно простую проблему.

Пока же нам остается разве что запастись терпением и пребывать в уверенности, что наше дело правое. Мы находимся в Сирии по приглашению законных властей, а США там вообще непонятно на каком основании. Мы не травили никаких Скрипалей, потому что нам это совершенно не нужно, а вот другой стороне такое отравление прямо перед президентскими выборами в России было вполне себе нужно. Сирия не применяла в Думе химическое оружие, поскольку на то не было ни малейшей военной необходимости. А вот у боевиков и провокаторов, наоборот, была необходимость устроить провокацию перед потерей стратегически важного населенного пункта. Мы предоставили доказательства того, что «химическая атака» была постановкой. Противоположная сторона не предоставила ничего, кроме очень короткого ролика, на котором люди поливают друг друга водой. По любому пункту, какой ни возьми, правы мы, а Запад не прав. Мы исходим с этого и с этой позиции мы не отступим.

И не только потому, что мы правы. Но и потому, что международная политика не предусматривает признания ошибок.

Так победим.
RT

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Квартирный вопрос

Одним из бесспорных достижений постиндустриального общества является так называемся горизонтальная мобильность. Это когда у вас в стране или даже в сообществе стран везде всё примерно одинаково, везде хорошие дороги, и вы ищете работу не в своем районе, а где угодно вообще. Потому что переехать и обустроиться на новом месте для вас практически ничего не стоит. А иногда это даже и выгодно.

Вот, скажем, группа офицеров Военно-морских сил Украины, которые четыре года назад сделали выбор не в пользу возвращения в Россию, пишут письмо… нет, не турецкому султану. А президенту Украины Петру Порошенко. Тому самому, который заявлял, что армия Украины — «одна из наиболее боеспособных в Европе». Морские офицеры одной из наиболее боеспособны армий в Европе просят президента Порошенко выделить им жильё взамен того, что они оставили, когда покинули Крым. «Мы честно исполняем свой служебный долг, большинство является участниками АТО, — пишут офицеры в открытом письме к украинскому президенту, — Нерешение указанного вопроса уже более четырех лет впечатляет свои циничным отношением к военнослужащим и членам их семей, которые остались патриотами своего государства, оставили оккупированные территории и продолжают защищать независимость Украины». Конец цитаты из письма, в котором офицеры грозят Петру Порошенко в случае дальнейшего игнорирования их запросов вернуться в Крым, где и принять российское гражданство ради решения квартирного вопроса.

Согласитесь, ситуация непростая. С одной стороны у нас русские люди, которые хотят стать гражданами России. И, как говорится, милости просим. С другой стороны — как-то странно всё это получается. Вот у них был выбор, и они свой выбор сделали, а теперь отказываются от своего выбора. Но не потому, что украинские власти им не нравятся из политических соображений — в АТО же так называемой люди участвовали. А потому, что квартирный вопрос не решается.

Конечно, квартирный вопрос — это важно. Да и люди, которые едут к нам для решения квартирного вопроса, тоже ничем не хуже других. Если у нас квартирный вопрос решается лучше, чем в других странах — то почему бы и нет. Мы только рады.

Но вот как быть с военной присягой — не очень понятно. Офицеры, готовые променять присягу на квартиры нам, наверное, не очень нужны. Но если эти офицеры подадут в отставку и вернутся в Крым как обычные иммигранты — то кто же тогда даст им квартиры? Пусть приобретают их на тех же основаниях, что все остальные.

Правда, тогда не очень понятно, зачем возвращаться. На Украине квартиры по любому дешевле.

Что и не говори — сложный выбор. Который лишний раз говорит нам о том, что с горизонтальной мобильностью у нас с вами всё еще не очень в порядке.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.