March 21st, 2019

Extra sensus

Научный факт есть гипотеза, подтвержденная результатом эксперимента. А если что-то таки не подтверждено экспериментом, то этого за пределами научного знания не существует.

Вот есть, скажем, такой знаменитый фокусник Джеймс Рэнди, который учредил в России премию имени Гарри Гудини. Миллион долларов предлагается любому, кто продемонстрирует экстрасенсорные способности в контролируемом эксперименте. Пытались многие. Но ни у кого не получилось. Значит, — констатирует комиссия по лженауке при российской Академии наук, представителей которых Джеймс Рэнди позвал в экспертный совет своей премии, — экстрасенсорики не существует.

Примерно так же скептики говорили и про бозон Хиггса, пока его существование не было подтверждено экспериментом. И про гравитационные волны, пока не было придумано, как именно поставить эксперимент.
Я вам это не к тому говорю, что лично верю в экстрасенсорику. А к тому, что если что-то пока не доказано экспериментально — это может значить не только, что этого не существует. Но и что пока просто не придумано соответствующего эксперимента.

Но лед, как говорят, тронулся. В научном журнале eNeuro опубликована статья международной группы ученых, сумевших, наконец, доказать чувствительность некоторых людей к изменениям магнитного поля. «Ученые впервые стали свидетелями четкой реакции на изменение магнитного поля у людей, — говорит один из участников исследования, биолог из Ольденбургского университета, — Даже если само по себе магнитное поле физически не ощущалось человеком, мозговые сигналы, за которыми наблюдали ученые, демонстрировали четкую ответную реакцию в изменении интенсивности магнитного поля».

На изменение магнитного поля отреагировали 4 человека из 34 испытуемых. Через несколько недель эксперимент повторили, и результат повторился у тех же самых людей. То есть, наличие дополнительного сверх-чувства у некоторых людей уже научно докаазанный факт. А знаете, как называется сверх-чувство, если перевести это словосочетание на латынь? Extra sensus.

Конечно, никто из людей до сих пор так и не доказал экспериментально умение оперировать этим чувством. Но если мы теперь достоверно знаем, что оно существует — то, значит, им наверняка можно научиться оперировать. И тогда не исключено, что Джеймсу Рэнди таки придется расстаться со своим миллионом.

А комиссии по лженауке пересмотреть свое понимание мира.

Потому что если человек может оперировать чувством магнитного поля — то он может видеть сквозь стены всё, что хоть как-то меняет магнитное поле.

Пока, впрочем, всё остается по прежнему. И не спешите нести ваши денежки тем, кто своих умений не доказал.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Бессмысленность цифры

Когда-то давным давно жизнь человечества текла размеренно и неспешно. Знания передавались из уст в уста со всеми сопутствующими этому методу искажениями и неполнотой. Горизонтальные связи между общинами были слабыми, связь очень медленной. Поэтому каждое поколение должно было накапливать свой объем знаний и жизненного опыта с тем, чтобы фактически утратить его в момент поколенческого перехода. Собственно, весь исторический культ уважения к взрослым был построен именно на этом — на необходимости передачи знаний от многомудрых мужей девственным неофитам. Молодежь без стариков была обречена, потому что свои знания ей ниоткуда, кроме как от стариков или из самой жизни взять было невозможно.

Появление письменности ситуацию изменило. Теперь знания могли быть накоплены и для их передачи уже не нужен был живой носитель. Каждый сам мог прочитать книгу и из нее всё узнать. Но на самом деле не каждый. Рукописные книги были трудоемкими в производстве, самое знание грамоты было уделом лишь избранных, поэтому знания передавались в основном религиозно-философского толка и в среде религиозных же организаций. Соответственно, и доступ к ним имели лишь избранные. А самое главное — подобный носитель был всячески уязвим. Пожар — и нет больше накопленных знаний. Наводнение — и нет больше накопленных знаний. И начинай всё сначала.

Революция произошла после изобретения книги печатной. Наборный печатный станок позволял, будучи единожды настроенным, произвести потенциально бесконечное количество относительно недорогих копий. Знания стали доступны широкому кругу. Оставалось, правда, еще научиться читать. Но и в этом тоже помогала печатная книга.

Именно после изобретения печатной книги, когда накопленные знания стало возможным передавать талантливым самоучкам, никак не связанным с институтами (имеются в виду, разумеется, государственные или религиозные институты, но никак не научные), так вот, именно после возникновения возможности постичь накопленные знания без любого посредничества и началось развитие настоящей науки. Плюс к этому возникли возможности более-менее регулярной коммуникации — и ученые смогли обмениваться знаниями между собой по ходу работы.

А потом эти самые ученые изобрели нам электричество, компьютеры и цифровые носители данных. Поначалу всё это было дорого, а потому использовалось для хранения только того, что действительно необходимо. Но как изобретение дешевой книжной печати привело к появлению кучи литературного хлама — так и изобретение дешевых цифровых носителей большого (и даже огромного) объема привело к тому, что все эти объемы стали забиваться не то что литературным хламом, а гораздо хуже — хламом цифровым. В основном, конечно, никому не нужными фоточками.

Этот безумный энтропический процесс мной уже описывался и не раз. Разрешение камер все время увеличивается, объемы носителей все время увеличиваются, объемы хранимых данных всё время увеличиваются. Но сами данные при этом не меняются! Там, в общем случае, одно и то же — Эйфелева башня, Колизей, Кремль. Миллиарды людей фотографируют одно и тоже со всё возрастающим разрешением и хранят это. И никогда, никогда не пересматривают! А современные камеры еще и снимают сразу по несколько кадров, чтобы потом получить усредненный. Но хранят при этом все отснятые кадры!
Эти данные не несут никаких новых знаний, они не служат никакой цели, они просто есть и лежат.

В общем, тепловая смерть Вселенной всё равно неизбежна, а я хотел рассказать вам совсем не об этом. А о том, что было дальше. После этапа домашних файловых серверов, внешних дисков, резервных копий на компакт-дисках и тому подобных хлопот.

А потом пришли гиганты интернет-индустрии. И сказади: а давайте мы избавим вас от всех этих проблем. И вы будете хранить свои данные не у себя, а у нас. У нас вашим данным будет хорошо и уютно. Промышленные дата-центры, тройное резервирование, жидкостное охлаждение с озерами жидкого гелия и, разумеется, бесконечное, постоянное, никогда не прерывающееся резервное копирование. Да, мы выбросим в атмосферу еще несколько мегатонн углекислого газа и поднимем температуру планеты еще на один градус, но зато с вашими фоточками уж точно ничего не случится.

Случится. Некогда крупнейшая в мире социальная сеть MySpace, на протяжении полутора десятилетий использовавшаяся музыкантами всего мира для публикации своих произведений, на днях официально призналась в том, что безвозвратно утратила практически все эти произведения. То есть, весь пользовательский контент с 2003 по 2015 год. 50 миллионов песен. Ну, извините, — сказала MySpace, — бывает.

И знаете, что? Хочется рукоплескать этим людям. Стоя. Потому что из этих 50 миллионов песен 49 миллионов 999 тысяч песен — это хлам, который никто никогда ни разу не слушал. И нынешние владельцы MySpace просто решили попробовать стереть всё это (хотя они и говорят, что данные потерялись «при смене серверов», но мы же понимаем, что были резервные копии. И если данные все же потеряны, то, значит, они стерты намеренно), так вот — они попробовали стереть это всё и посмотреть, что же будет.
И тут возможны два варианта. Первый — пользователи выкатят какой-нибудь коллективный иск. Хотя перспективы его туманны (поскольку в пользовательском соглашении MySpace обязательно сказано, что они ни за что не отвечают), но если общественная кампания будет неприятной (хотя, признаться, MySpace должно быть уже всё равно) — то тогда могут случайно найтись резервные копии.

И второй вариант — ничего не будет. И все увидят, что так можно. Можно взять и стереть петабайты пользовательских данных и свободить место для новых. С точки зрения бизнеса и понижения энтропии это очень удобно. С точки зрения повышения доверия к облачным сервисам — как то не очень.

Но в любом случае произошло то, чего раньше никогда не происходило. Жаль, конечно, что это какой-то там никому не нужный MySpace, а не Instagram, например, бессмысленность которого вообще запредельна. Но сейчас человечеству предоставляется счастливая возможность притормозить и подумать — а может, ну ее к черту, всю эту цифровую помойку?

Но человечество, конечно, не остановится. Не притормозит. И, на самом деле, произойдет вот что. Все эти музыканты достанут свои треки со своих компьютеров и выложат их на MySpace снова.

И ничего не изменится.
RT

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.