May 16th, 2019

Комплекс и комплекс

Каждую осень возле берегов Швеции всплывает таинственная подводная лодка. Я уже, наверное, пятый или шестой текст начинаю с этого предложения. Подводную лодку эту никто не видит, но все точно знают, что она есть. И что она — русская. Так продолжается вот уже почти 40 лет. 27 октября 1981 года советская подводная лодка С-363 села на мель прямо возле шведской военно-морской базы Карлскруна, где как раз в это время испытывались торпеды нового типа. Шведы сняли подводную лодку с камней и отпустили ее восвояси. Но поскольку упомянутая выше военно-морская база находилась глубоко внутри территории Швеции (побережье которой представляет из себя множество островов, разделенных проливами), а также была совершенно секретной и соответствующим образом охранялась, фантомные боли от презревшей все эти секретности и проливы советской подводной лодки сохраняются до сих пор. И используются шведскими военными в качестве эффективного стимулятора при утверждении бюджета на оборону. Именно поэтому каждую очень призрак русской подводной лодки всплывает в шхерах где-нибудь возле Стокгольма.

Традиция эта столь прочно укоренилась, что ее стали распространять и на иные сферы шведской политической жизни. Например, на парламентскую предвыборную кампанию, которая, судя по моим личным наблюдениям, не прекращается никогда. Текущий созыв парламента был избран меньше года назад, но весь Стокгольм увешан политической рекламой. Тут и улыбающиеся темнокожие люди под лозунгом «Будущее Европы». Тут и саркастическое анти-трамповское «Сделаем Европу умеренной снова». Тут и борьба за экологию (что для глубоко промышленной Швеции, надо признать, довольно актуальная тема), за права женщин и сексуальных меньшинств. Радужные флаги висят на фасадах рядом с флагами скандинавских стран и ЕС. Даже немного обидно, что у простых гетеросексуальных людей своего флага по прежнему нет.
И вот в контексте всех этих политических плакатов и расставленных на шведских улицах агит-пунктов, разнообразные политологи, эксперты и ведомства постоянно делают заявления. И заявления эти, разумеется, посвящены если и не таинственной русской подводной лодке как таковой, то ее проекции на шведскую политическую жизнь как минимум.

Эксперт Шведского института оборонных исследований Йонас Кьеллен заявляет, что Россия неспособна «идти в ногу с развитием военных технологий Запада». Глава подразделения контрразведки полиции безопасности страны Даниэль Стенлинг считает, что в настоящее время Россия не представляет военной угрозы. Шведская партийно-парламентской комиссия в своем докладе констатирует, что Россия продолжит усиление своей роли на мировой арене в 2021-2025 годах. И поэтому Швеция и страны ЕС должны сохранять в силе санкции против России, «пока для этого есть основания». Но в то же время необходимо поддерживать дипломатические и политические контакты с Россией.

Эта сосредоточенность скандинавской страны на России, с которой у нее даже нет общих границ, может быть объяснена как минимум двумя способами. Во-первых это, конечно, исторический комплекс. Бронзовый Карл XII в Королевском саду Стокгольма до сих пор указывает рукой в сторону России. Которую он хотел покорить. И, как многие другие, не смог. По улицам шведской столицы гуляют сотни, если не тысячи туристов из Санкт-Петербурга, построенного на бывшей шведской земле. Именно Россия стала тем камнем преткновения, споткнувшись о который под Полтавой, Швеция перестала быть главной силой Европы. И зажила своей внутренней жизнью.

А во-вторых, постоянная сосредоточенность на России — это комплекс уже современный. Швеция — одна из самых благополучных стран мира. Это не очень видно сразу, но стоит провести там всего несколько дней, как вы понимаете, что даже Москва со всем ее благоприобретенным великолепием технически уступает Стокгольму примерно во всем. В 15-миллионной Москве нет шестиярусной станции метро с более чем сорока выходами. А в 900-тысячном Стокгольме такая станция есть. Но радостно ли живется обычному шведу во всем этом великолепии? Вряд ли.

Я понимаю, конечно, что вступаю здесь на зыбкую стезю публицистических обобщений. Но проигравшая войну России Швеция, как и проигравшая войну России Германия, сосредоточенные на самих себе, за долгие десятилетия (а то и столетия) выстроили собственную прочную, диверсифицированную, реальную экономику. Они работают с утра и до вечера, и только в пятницу могут позволить себе небольшой отдых. Тем более затрудненных в Швеции, где установлена государственная монополия на торговлю спиртным (вино продают только в специализированных магазинах, где надо вставать в электронную очередь к человеку, который и выдаст вам нужное). А стопка водки в баре стоит около 13 евро.

И вот эти люди смотрят на Россию, которая, хоть и выиграла в смысле военном, но вчистую проиграла двадцатый век в смысле гуманитарном. Россию, вся экономика которой держится на деньгах от нефти и газа, на которые куплено произведенное в Германии и Швеции оборудование. Россию, которая не создала практически ничего, у которой уже не только ракеты перестали летать, но даже и самолеты. И люди в которой живут в свое удовольствие, смеясь над всей этой европейской социал-демократической чепухой.

Русские смотрят на европейцев сверху вниз, и европейцы принимают это смиренно, потому что понимают — русские правы. Русские умеют жить без всего этого лютеранского самопожертвования ради благополучия будущих поколений. Здесь и сейчас. А откуда берется условное Volvo — сам ты его сделал или купил на деньги от нефти и газа — в конце концов не так уж и важно.

И в такой ситуации сосредоточенность политической повестки на России практически ничем не отличается от сосредоточенности нашей политической повестки на Украине. Мы закрываем глаза на собственные проблемы, заменяя их на: «а посмотрите, как там у них». Шведы делают точно также. И вместо того, чтобы думать о том, как ты отдашь 60 процентов собственной зарплаты на налоги (которые пойдут на содержание ни черта не делающих мигрантов из Африки) — лучше уж подумать о таинственной русской подводной лодке.

От которой все беды.
RT

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Жертвенный путь

Христанская мораль основана на самопожертвовании. А путь к окончательному самопожертвованию может быть длинным. Вот как идет по этому пути, скажем Европа. Женевская конвенция, например, допускает депортацию беженца в том случае, если он представляет опасность для страны пребывания. Даже в том случае, если такому опасному беженцу может грозить преследование в его родной стране.

Однако современной Европе этого мало. И в документе, который называется Хартия основных прав Европейского союза, закрепляется положение, запрещающее применение пыток и унижающих человеческое достоинство наказаний ко всем людям без исключения. Вне зависимости от их поведения. Из чего следует, что никто не может быть выдан в страну, где пытки и подобные наказания практикуются. Европейцы называют это шагом вперед по сравнению с Женевской конвенцией.

Но ведь путь к самопожертвованию бесконечен. И вот теперь Европейский суд по правам человека, рассматривая жалобы некоторых беженцев в Бельгии и Чехии, окончательно свел две вышеупомянутых нормы воедино. Отныне беженец не может быть депортирован в страну, где ему может грозить преследование, даже если он совершил в стране пребывания тяжкое преступление. Такое, например, как грабеж или убийство.

Ну что же. Я, конечно, тоже один из чемпионов по гуманизму. Но я все же полагал, что если человек совершает на территории государства грабеж или убийство, то это самое государство сажает такого человека в тюрьму. В свою тюрьму. Ведь он совершил преступление против этого государства. Но при этом выдать этого человека в страну, где ему может грозить преследование — то есть, та же тюрьма — пострадавшее государство не может. Вы пока попробуйте постичь эту логику, а я тем временем расскажу вам, что и это еще не всё.

Совершивший грабеж или убийство беженец таки может потерять статус беженца. И сопутствующий ему социальный пакет. Но при этом он все равно будет считаться беженцем, потому что так велит Женевская конвенция. И, соответственно, может снова стать соискателем официального статуса. Решение ЕСПЧ говорит, что это не будет считаться законным пребыванием. А будет называться, внимание, просто присутствием.

То есть, Европа избавила потенциальных грабителей и убийц от последнего опасения, которое могло бы остановить их на пути к преступлению. А именно — страха отправиться домой. Туда, где тюрьма не такая комфортная.

Не надо быть большим мудрецом для того, чтобы представить себе последствия снятия такого ограничения.

Но путь самопожертвования, как я уже сказал выше, извилист и долог. Пожелаем же Европе удачи на этом пути.

И посочувствуем тем европейцам, у которых ЕСПЧ их мнения не спросил.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.