Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

Этические принципы

Люди искусства редко разговаривают с публикой от своего имени. Обычно рукой настоящего художника движет что-то другое. Кто-то считает, что провидение. Кто-то — что сам Господь. Потому что никак иначе не объяснить точные предсказания будущих событий, изобретений и даже постановлений правительства.

Еще в 1942 году родившийся в советской России американский писатель Айзек Азимов сформулировал три закона робототехники — отрасли, которой тогда, 78 лет назад, вообще не существовало. Первый в мире настоящий компьютер заработал только спустя четыре года, что уж там про роботов говорить!

Тем не менее, законы, сформулированные до появления всякой робототехники, оказались настолько удачными, что до сих пор кочуют не только по техническим книгам, но даже и по официальным документам самого высокого уровня. Да вот только что правительство России, родины Айзека Азимова, опубликовало «Концепцию развития регулирования отношений в сфере технологий искусственного интеллекта и робототехники до 2024 года». И там на шестой странице упоминаются базовые этические нормы для развития этих самых робототехники и искусственного интеллекта. Которые чуть менее, чем полностью повторяют законы Айзека Азимова. Хотя и не совсем.

Например, первый закон Азимова гласит, что робот не должен причинять вред человеку и бездействовать, когда человеку причиняется вред. В базовых этических нормах правительства сказано только про причинение вреда человеку по инициативе робота или искусственного интеллекта. То есть, бездействовать можно. Второй закон Азимова гласит, что робот должен подчиняться человеку, кроме случаев, противоречащих первому закону. В постановлении правительства говорится только о подчинении робота человеку. О противоречии с первым законом не говорится. А третьего закона Азимова — о том, что робот должен заботиться о своей безопасности — в постановлении правительства вообще нет.

То есть, базовые этические нормы за прошедшие почти 80 лет претерпели таки некоторую эволюцию. Обусловленную, разумеется, возможным военным применением роботов. О которой Айзек Азимов, в силу своего наивного интеллигентского мировоззрения, думать не очень хотел.

Однако же сам факт использования этих наивных интеллигентских законов как основы для этических норм постановления российского правительства — это уже в большой степени добродетель.

Поскольку, как мы знаем из кинофильмов про Терминатора и повседневной практики с беспилотниками, вторая родина Айзека Азимова никакими этическими нормами в области робототехники вообще не заморачивается.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Назад в подвалы

Писательница Джоан Роулинг, автор романов о Гарри Поттере, вступила на скользкий и опасный путь войны за наше гетеросексуальное будущее. Вот уже какую неделю ее осуждают за то, чтобы что она посмела назвать женщинами только тех человеческих существ, у которых есть месячные. Не включая тех, кто родился мужчиной, а потом вдруг решил стать женщиной.

«Джоан Роулинг продвигает губительные и опровергнутые мнения о том, что значит быть трансгендером, — пишут поклонники Гарри Поттера, — Ее взгляды не стыкуются с посылом принятия, который мы видим в ее книгах и в нашем сообществе». Понимаете? С посылом принятия.

Мне кажется, что у Джоан Роулинг есть какая-то внутренняя травма на эту тему. Она придумала Гарри Поттера, будучи матерью-одиночкой. Она однажды намекнула, что Дамблдор — гей (что вызвало восторженный вой фанатов). А теперь она, оговорившись один раз (потому что ее слова про женщин с месячными были оговоркой) и натолкнувшись на неадекватную для нормального человека реакцию больного общества продолжает втыкать палки в колеса. Например, только что «сравнила гормональную терапию для детей, решивших сменить свой пол, с конверсионной, используемой для того, чтобы насильно поменять ориентацию человека с гомо- на гетеросексуальную».

Такого простить, конечно, нельзя. Лучшую в мире (если не в истории) детскую писательницу уже осудили те, которых без нее не было — актеры, игравшие детей-волшебников в экранизации. Не тронь своими цисгендерными руками наше счастливое небинарное детство — как бы сказали все эти Дэниелы Рэдклифы и Эммы Уотсоны (актерская состоятельность которых вне вселенной Гарри Поттера известна и очевидно близка к нулю).

«Джоан Роулинг не ученый, — пишет какая-то очередная «трансгендерная модель», — Она не врач. Она не эксперт в области гендера. Она не поддерживает наше сообщество. Она миллионерша, цисгендерная и гетеросексуальная белая женщина, которая решила, что знает, как нашим телам будет лучше. Это не ее битва».

Соглашусь с этой… с этим… как же назвать-то… ладно. Соглашусь с тем, что это — не ее битва. И совершенно непонятно, зачем женщина, счастливая, очень богатая, талантливая, цисгендерная, гетеросексуальная и белая полезла в это вот всё. Это ее тараканы и у нее есть на это полное право. И цель моей сегодняшней колонки — вовсе не вызвать жалость к человеку, у которого есть миллиард долларов.

Нет, я про другое. Реакцией многомиллионной армии фанатов вселенной Гарри Поттера стало изгнание Джоан Роулинг из этой вселенной. Понимаете? Они ее проклинают и отказываются от нее. От создательницы! Но не от вселенной.

Совершенно то же самое мы наблюдаем сейчас в США. Где фанаты вселенной Декларации независимости уничтожают память о своих отцах-основателях. И именно в этом, мне кажется, и состоит основная примета времени. Причем не этого времени, а любого. Любая античность однажды будет захвачена варварами. Потомки американских рабов, вывезенных в Америку из Африки, совсем не хотят возвращаться назад, в Африку. Нет, они хотят остаться при всем том, что построили американцы. Только без американцев. В той же Африке мы видели это несколько раз. В последний раз — в ЮАР. Где выгнали белых, оставив себе всё то, что они построили. Хватило, впрочем, не очень надолго. Русский крестьянин захватывал барский дом и превращал его в хлев. Русский рабочий заселялся в квартиру профессора и превращал ее в мрачную коммуналку. Немецкий бюргер проклинал Гитлера, давя двести на своем «Порше» по автобану. Примеров тьмы, но идея одна — некто строит до тех пор, пока не приходит кто-то, у кого выше пассионарность. Ну, скажем, силовик к бизнесмену. И бизнесмен отдает силовику бизнес. А силовик бизнес гробит.

В моем, идеальном, несуществующем мире всё должно быть иначе. И главным инструментом установления социальной справедливости должен быть огромный асфальтовый каток. Не подходит Джоан Роулинг под критерии современного, прогрессивного, небинарного и какого там еще человека? Значит, одного осуждения мало. Придуманный ею мир должен быть закатан в асфальт. А фанаты должны разойтись по домам. В ожидании более лучшей авторки — не такой цисгендерной, не такой белой и не такой гетеросексуальной.

Так и в Америке. Недовольные Америкой как таковой должны вернуться на родину, в Африку. Откуда их предков вывезли американские рабовладельцы. Америку закатать в асфальт. Индейцы построят на этом асфальте свою старую страну. Которая была до того, как стала Америкой. Быть может и майя с ацтеками воспрянут. С высоты нынешних знаний о том, что у них там было с водой в водохранилищах. Хотя, конечно, это знание тоже американское. И его надо бы уничтожить.

Немцы должны разбомбить автобаны. Если нужны бомбардировщики — мы поможем. А потом на месте старых автобанов немцы построят, разумеется, новые. По современным технологиям, а главное — очищенные от стыдной памяти.

У нас с вами всё проще. Барские дома, какие остались, баринам и вернулись. Хоть и другим. Не говоря уже о мрачных коммунальных квартирах, от знания нынешней стоимости которых у их бывших жильцов наверняка обострились бы хронические заболевания. Ну и силовики без всяких на то моих указаний превращают захваченные ими бизнесы в пустоту. Ответственные люди. Я их уважаю.

Но увы. Это лишь мой умозрительный мир. В реальном мире иначе. В реальном мире побеждает мародер. Потому что отнимать у Джоан Роулинг ее вселенную — это все равно, что грабить бутик на Манхэттене.

А это, как вы знаете, теперь общественно поощряемое поведение в некоторых местах.

Слава богу, что не у нас.
RT

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Правила Бэрримора

Современная новостная журналистика настолько быстрая, что проверять новости по источникам попросту некогда — пока ты будешь проверять, все остальные уже опубликуют. В каком-нибудь Телеграме, где все издания, от крохотных каналов, ведомых одним человеком, до огромного медиахолдинга находятся в совершенно равных условиях и рядом друг с другом в одной ленте эта скорость приобретает определяющее значение. Именно скорость, а не достоверность.

Да вот только на днях были две новости, отрефлексированные беспокойными гражданами в социальных сетях с такой безнадегой в постах, что даже удивительно, что практически никто из изданий не пошел посмотреть, в чем же дело. Зачем? Ведь сейчас уже другие новости, а эти уже ушли в прошлое.

Первая новость — о том, что Роспотребнадзор теперь запретил селить в один гостиничный номер неженатых людей. Совок вернулся! — кричали беспокойные, которые помнят, что в СССР действительно не селили. Между тем в рекомендациях (!) Роспотребнадзора по профилактике коронавирусной инфекции (!!) сказано так: «Размещение гостей в номере преимущественно одноместное или семейное». И всё. Никакой полиции нравов. Никаких сообщений «куда надо». Простая надежда на то, что семейные люди друг друга не заразят, если они уже раньше друг друга не заразили. Причем не жесткое правило, а рекомендация.

Второй случай — установка в школах России системы наблюдения под названием «Оруэлл». Они правда сделают это! — кричали беспокойные, имея в виду даже не столько саму систему, сколько название «Оруэлл». И практически никто не удосужился набрать в поиске «система видеонаблюдения Orwell», чтобы узнать об уже пятнадцатилетнем существовании коммерческого продукта с таким названием. Который, видимо, и собираются ставить в школах. Причем с отключенной функцией распознавания лиц.

В общем, скорость в новостях порождает страстную (что хорошо), но неадекватную (что плохо) реакцию на эти новости. Вот то ли дело, когда всё обстоятельно.

Недавно я рассказывал вам, как работая над одним развлекательным интернет-проектом с британской корпорацией БиБиСи в конце девяностых, наткнулся на их сайте на большой свод правил, которым должны следовать журналисты при освещении тех или иных событий. Там предписывалось, например, не называть террористов террористами, чтобы не злить их, а называть их повстанцами. Для русского, рассматривавшего в те годы практически всё через призму кавказских событий рекомендация выглядела несколько дикой. Хотя и разумной, поскольку речь шла о безопасности других журналистов в горячих местах.
И вот теперь мы узнаем, что мало правил — БиБиСи наняла специального человека, который бы следил за нейтральностью высказываний сотрудников кампании в социальных сетях. Речь идет, поясню, уже не о профессиональной деятельности журналистов БиБиСи. Нет, речь идет именно об их частной жизни. Что там ваше семейное размещение в номерах и система видеонаблюдения в школах. Вот настоящий Оруэлл! Вы не можете называть вещи своими именами (например, террористов террористами, а погромщиков погромщиками) просто потому, что вы работаете в БиБиСи. Нигде не можете. Ни в собственных социальных сетях. Ни, быть может, уже и на своей кухне (поскольку по количеству камер видеонаблюдения Великобритания даст фору любой другой стране мира, включая Китай).

Правда, случилась веселая неприятность. Оказалось, что нанятый специальный человек (его зовут Ричарт Сэмбрук) сам неоднократно писал в Твиттере о том, что власти пытаются «блокировать независимую журналистику и критические взгляды». И знаете, что произошло, когда это выяснилось? Несколько британских политиков от правящей партии и даже один министр заявили, что этот человек не может следить за нейтральностью сотрудников БиБиСи в соцсетях, поскольку сам проявляет предвзятость.

Сразу же представляется идеальный непредвзятый арбитр — это джентльмен, произносящий одно только «Сэр». Не «Да, сэр». И, не дай бог, не «Нет, сэр». А просто: «Сэр». Вы сами знаете, как называется такой джентльмен. Он называется дворецкий. Какой-нибудь Бэрримор. И ничего больше сотрудник БиБиСи позволить себе не может. Ему не положено.

Правда, не очень понятно, как в подобную картину мира вписывается употребление термина «борец с расовой несправедливостью» вместо «погромщик». Ведь это тоже оценка. А журналист БиБиСи должен быть предельно нейтрален. И его сообщение о том, что «борцы с расовой несправедливостью» снесли очередную «статую расиста» должно выглядеть как-то так: «Люди снесли очередную статую». И всё. Никаких разъяснений — какие люди, почему снесли, почему очередную. Чистое и незамутненное «Сэр». Зато представляете, как спокойны будут после таких новостей люди в британских социальных сетях! Никакой рефлексии. Никаких переживаний. И, как следствие — никакой борьбы с расовой несправедливостью. Поскольку и расовой несправедливости в новостях никакой больше не будет. Помните наше: «У преступника нет национальности». Вот примерно то же самое и будет.

Однако жизнь показывает, что не бывает сферических новостей в вакууме. И у преступника есть национальность. И белые полицейские убивают больше черных преступников просто потому, что черных преступников больше.

Сэр.
RT

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Вторая натура

Аристотель считал, что привычка — это вторая натура. С позиций нынешних знаний с отцом наук согласиться не так уж и просто. Привычка теперь не природное свойство, а модный аксессуар. Привычки меняют как перчатки. Привычками хвастаются в социальных сетях. Привычки стали зависимы от контекста.

Да вот только что один из русских интернет-сервисов провел опрос о новых привычках, возникших у людей во время эпидемии коронавируса.

И оказалось, что 18 процентов опрошенных приобрели привычку держаться подальше от незнакомых людей в общественных местах. Ну то есть мне, прожившему в нашей, скажем так, строгой стране вот уже почти пятьдесят лет, казалось, что русскому человеку вообще свойственно держаться подальше от незнакомых людей. Особенно в незнакомых общественных местах. А оказалось, что нет.

14 процентов опрошенных сказали, что начали оглядываться на улицах в поисках, цитирую: «контролирующих органов, способных выписать штраф». И тут я снова недоуменно спрашиваю: а как же раньше? Раньше, что ли, никто не оглядывался в поисках таких органов? Особенно в незнакомых местах.

12 процентов стали регулярно мыть руки, а 11 процентов научились открывать двери и вызывать лифт с помощью локтя. Как будто они раньше этого не делали, когда все руки заняты, причем чем-нибудь грязным.

Удивившись подобным странностям я перечитал исследование еще раз и со второго раза всё понял. Ведь если 18 процентов научились держаться подальше от незнакомых людей, 14 процентов научились оглядываться в поисках органов, а 11 процентов приобрели навык открывать двери локтями — то, значит, все остальные, кроме этих малых процентов, всё это умели и раньше. И моя картина мира снова стабилизировалась. Более того — стала куда как более гармоничной. Потому что теперь, кажется, все стали делать то, что раньше делало большинство населения. Может и прав был старик Аристотель, говоря про привычку как вторую натуру. Просто многие отказываются от этой самой натуры, от своей природы, пытаясь как-то выделиться среди окружающих. Почему и не оглядываются, подходят к незнакомцам с вопросами и хватаются за любые предметы руками.

Конечно, пандемия коронавируса — это большое испытание для человечества, трагедия для пострадавших и серьезный урок для властей.

Но однажды мы неизбежно придем к необходимости осознать положительные последствия происходящего. Потому что они есть и потому что отрицать их уже невозможно.

Хотя, быть может, сейчас еще и не время.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

По пизде

Четвертые сутки пылают станицы, — писал поэт о том, что происходило в России один раз в сто лет. В Соединенных Штатах Америки станицы пылают один раз в десять лет. И каждый раз повторяется одно и то же — какой-нибудь афроамериканец умирает от рук полицейских, после чего другие афроамериканцы и примкнувшие к ним сочувствующие левого толка пытаются объяснить полиции, кто здесь власть. Не забывая, разумеется, по ходу дела грабить супермаркеты и магазины, торгующие электроникой. Черный человек, бегущий с украденным телевизором — вот основной символ любого американского протеста. Вот его «Свобода на баррикадах».

Собственно, именно в этом и состоит принципиальная разница. Да, очередная вспышка американского национального самосознания посвящена памяти человека, павшего под пятой грубого копа. Но был ли покойный нравственным человеком? Нет, он не был нравственным человеком. Это был бывший слепой, самозванец и гусекрад. Все свои силы он положил на то, чтобы жить за счет общества. А вот дальше начинаются отличия. Американское общество мало того, что мирилось с тем, что покойный жил за его счет. Так еще и ринулось сокрушать власть после того, как этот паразит оставил его.

Многие дети думают, что американцы ходят вверх ногами, потому что они на другой стороне нашей планеты. И надо признать, что в этом утверждении есть немало экзистенциального смысла. Девушка бросила в полицейскую машину бутылку с зажигательной смесью. Бутылка не взорвалась и теперь девушке грозит пожизненное заключение. С осуждением девушки выступают те же самые люди, которые приветствовали людей, бросавших бутылки с зажигательной смесью в украинских полицейских во время известных событий. Более того — эти же самые люди обвиняют в нынешних американских беспорядках Россию. Страну, где людей, бросающих предметы в полицейских наказывают с не меньшей неизбежностью. Хотя, конечно, гораздо гуманнее и без всяких пожизненных заключений. Ну то есть способы нашего мышления настолько различны, что вполне можно думать о том, что они вверх ногами.

Самое смешное — это чем в момент уже двойного, если учитывать коронавирус, тяжелейшего национального кризиса занят президент США.

Он воюет с Твиттером. Причем в самом Твиттере. А Твиттер в это время воюет с президентом. И кто кого победит вообще непонятно.

А Илон Маск в это время запускает астронавтов на МКС.

И складывается полное ощущение, что всем им нет друг до друга решительно никакого дела.

И совершенно непонятно, почему они при всем при этом называют себя одной нацией.

У которой, к тому же, единые ценности.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Вирус и вирус

Наше восприятие во многом зависит от обстоятельств. Психологи говорят, что человек толпы теряет способность критически мыслить. Да что там психологи — я и сам испытал это на себе, оказавшись в большом супермаркете как раз в разгар Большого Выноса Гречки. Гречка, положим, меня не очеень обеспокоила, как и туалетная бумага. А вот вид пустого мясного отдела очень расстроил. Расстроил настолько, что я купил несколько упаковок пельменей. Лежат теперь в морозилке, а я до сих пор не могу себе объяснить — зачем я их купил? Тем более в пост. Тем более при моем весе. Лучше бы гречки купил. Но ее, увы, не было.

Ну это ладно я, допустим, простой такой человек в супермаркете. А представьте себе человека, который сидит в новостях. Пусть даже и не меня. А в новостях что? Правильно: коронавирус один в новостях. Вот ты открываешь ленту с утра, а там прямо так: коронавирус, коронавирус, коронавирус, коронавирус, коронавирус, коронавирус, коронавирус, коронавирус, коронавирус, Эмили Ратаковски сфотографировалась без трусов — и в этот момент ты только и понимаешь, что мир еще существует, что в нем есть еще девушки и жизнь, а не только один этот коронавирус, который ты даже не видел. И представьте себе психику такого человека, сидящего в новостях. Способен он критически мыслить? Да он вообще мыслить уже не способен. И всё, на что он остается способен — это транслировать этот вот коронавирус в свою новостную ленту, пропуская даже Эмили Ратаковски. Если она не болеет.

А теперь представьте себе человека, который эту новостную ленту читает. Ну или, я не знаю, смотрит по телевизору (говорят, такие люди бывают). Такой человек даже новость про Эмили Ратаковски не сможет увидеть, потому что ему ее не покажут. Всё, что он увидит — это один только коронавирус. И разве способен будет такой человек критически мыслить? Отнюдь нет, не будет способен. И после этого обращайся к такому человеку хоть Собянин, хоть Путин, хоть главный врач коммунарской больницы — этот человек ничего не услышит. А если и услышит — то не поймет.

Вот это и есть тот самый вирус. Который не в форме короны, а в форме самореплицирующегося источника. Вирус, самостоятельно распространяющийся в гетерогенной среде «человек-машина», отнимающий ресурсы, парализующий любую работу, лишающий воли и заставляющий опорожнять магазины. В России болеют несколько сотен человек. Ну хорошо, допустим, мы не видим общей картины. Давайте допустим, что в России болеют несколько тысяч человек. Ну пусть даже сто тысяч (что заведомо больше, чем в Китае или в Италии). Еще раз уточняю — мы берем эту цифру просто для примера. К ощущаемой нами действительности она не имеет ни малейшего отношения.

Так вот, сто тысяч человек — это половина процента населения нашей страны. То есть даже в том случае, если заболеет такое невероятное количество людей — это не будет касаться никого из нас, если уж на то не будет воли Господней. Но распространяющийся через медиа вирус, тот самый, который отнимает ресурсы, парализует волю и опустошает полки супермаркетов — этот вирус касается каждого. Он поразил всех. И если про природу коронавируса мы можем только делать предположения, то природа этого вот медиа-вируса очевидна: это мы сами. Мы сами создали то, что нас парализует, разоряет и ввергает в апокалиптический хаос.

Есть ли способ противостоять этому?

Нет.

Просто потому, что мы утратили способность критически мыслить. И выше я вам объяснил, почему. А до меня это объяснил Зигмунд Фрейд.

Конечно, можно выключить телевизор и перестать читать новости в интернете. Но тогда мы выпадем из контекста, как бы закроем глаза на эпидемию — но эпидемия от этого никуда не денется. И выпав из контекста, перестав читать рекомендации врачей и начальства, мы тем самым станем потенциальным агентом разноса заразы. А этого законопослушному налогоплательщику как-то не хочется. Мы же взрослые люди, мы хотим, чтобы все было правильно. Нам приходится припадать к источнику распоряжений — и тем самым мы немедленно подпадаем под действие того самого медийного вируса.
Честно говоря, я такого раньше ни разу не видел. Вот этой самопарализации человечества. Наверное, что-то такое испытывали люди, когда начиналась какая-нибудь большая война. Ты понимаешь, что всё очень плохо, но ничего не можешь с этим поделать и только завороженно наблюдаешь за тем, как катастрофа всё ближе и ближе. Ну или, скажем, «Титаник» пересмотрите.

Но теперь видимой опасности нет, и в этом кардинальная разница. Бомбы не падают, снаряды не рвутся и даже морги, в отличие от моргов северной Италии, не переполнены. Коронавирус где-то там, на фронте борьбы, за дверями больниц. А ближайшее к тебе попадание, в общем случае — это Лев Валерианович Лещенко, дай ему бог всяческого здоровья.
Но ты все равно ничего не можешь с эти поделать и завороженно наблюдаешь за тем, как катастрофа — социальная, экономическая, гуманитарная — всё ближе и ближе.

Рефлексирующие люди любят сейчас вспроминать про «испанку». Но помилуйте — эпидемия «испанки» случилась на излете второй мировой войны. Когда было много каких других предметов для пристального наблюдения. Сейчас же ситуация совершенно иная. Абсолютно рафинированная, кристально чистая виртуальная угроза. Перед которой бессильно всё человечество.

Надо ли говорить, что если какая-нибудь инопланетная цивилизация захочет нас захватить, то для этого будет достаточно одного единственного инопланетянина.

Которому мы все и сдадимся.
RT

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Дистанционность

Для человека, который работает в текущем новостном контексте, информационная картина мира представляет собой калейдоскоп событий, различить в котором что-то отдельное невозможно. Работающий с новостями человек не помнит, что было вчера. Что уж тут говорить за целый год.

А ведь подводя итоги 2019 года нам предстоит вспомнить не только события года. Потому что последний год десятилетия требует подведения итогов всего этого десятилетия.

И если политические итоги как года, так и десятилетия для вас подведут многие куда как больше меня понимающие в этом эксперты, то я расскажу вам о своем видении итогов, скажем так, социально-культурных.

И главным итогом этого десятилетия стал, конечно, широкополосный интернет в кармане каждого из нас. Даже на меня, техногика, становление которого пришлось на 80-е годы прошлого века, картина разговаривающего по видеосвязи со своими друзьями дворника до сих пор производит серьезное впечатление. Хотя быть может это она именно на меня и производит. А для дворника, родившегося в девяностых, это совершенно естественный ход вещей. И семейный ужин, на котором все собравшиеся сидят, уткнувшись в свои телефоны — более не сюжет для сатиры. Это реальность. Как и муж с женой, разговаривающие друг с другом из соседних комнат по мессенджеру.

А еще это было десятилетия победивших картинок. Главные сервисы мира: YouTube и Instagram, вообще не подразумевающие никаких текстуальных усилий. Говорят, что Стив Джобс не хотел встраивать в свои устройства функцию чтения книг. «Люди больше не читают» — говорил Джобс. И, как мы видим, он ошибался только в одном — в том, когда именно это произойдет. Он предвосхитил время. Но время неумолимо. Люди не только не читают, но и не пишут. Люди общаются с помощью изображений.

Третье фундаментальное изменение — это, конечно, AliExpress. Ну и Amazon тоже, конечно. Важны не названия. Важна парадигма. Вы больше не ходите по магазинам. Вы выбираете из дома какую-то совершеннейшую нелепицу типа баночки для специй — и она едет к вам из Китая, через полмира, и приезжает. Полностью опровергая все привычные нам законы логистики, согласно которым доставка не должна стоить дороже предмета доставки.

Было, конечно, и много чего другого. Много имен, многолетних сериалов, музыкальных феноменов и прорывов в области активизма. Но все это преходящие мелочи, которые как были когда-то раньше, так и будут потом.

Но вот победившая во всех смыслах дистанционность — это, наверное, главный итог уходящего десятилетия.

А хорошо это или плохо — думайте сами.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Направо пойдешь — 38 лет проживешь

Всеми своими проблемами человечество обязано себе самому. Люди сами придумали воевать, выкапывать из земли полезные ископаемые и выбрасывать в океан пластиковые отходы. А также придумали со всем этим бороться. Наукой против науки. Знаниями против знаний.

Доходит уже до смешного. Знаменитый генетик Джордж Черн из Гарварда объявил, что работает над созданием приложения для знакомств. Основанных на генетической совместимости людей. Геном каждого регистрирующегося в приложении будет секвенирован и изучен, после чего ему будут предложены кандидатуры, потомство с которыми с высокой долей вероятности будет защищено от наследственных заболеваний.

Ученый обещает, что никаких других критериев выбора, кроме минимизации наследственных заболеваний у потомства, не будет. И нельзя будет сортировать кандидатуры по уровню интеллекта, например, или по происхождению. Но если так нельзя будет делать в этом конкретном приложении — то почему этого нельзя будет делать в каком-то другом? Главное ведь — идея. Ну и генетическая информация, разумеется. Которая, как предполагается, уже будет существовать.

В результате мы получим здоровых людей, которые будут жить по сто тридцать лет. Или по сто пятьдесят. О том, к чему это приведет, нам наглядно показывает пример современной Японии. Где уже почти треть населения страны — это люди старше 65 лет. И из-за такого возрастного перекоса в стране стало катастрофически не хватать работников в тех областях, где требуется обычная физическая сила. Рабочих на строительстве, например, или в сельском хозяйстве. И знаете, как японцы решают эту проблему? А так, как человечество все свои проблемы решает. Не путем устранения первопричин перекоса, а с помощью специальных экзоскелетов, которые дают пожилым японцам возможность с легкостью поднимать предметы весом более 20 килограммов.

Потому что всеми своими проблемами человечество обязано себе самому. В журнале Scientific Reports опубликовано исследование австрийских ученых, согласно результатам которого максимальная естественная продолжительность жизни человека составляет, внимание, 38 лет.

«За последние 200 лет, — пишут ученые, — средняя ожидаемая продолжительность жизни людей выросла более чем в два раза из-за современной медицины и изменений в образе жизни».

Так что выбор у нас с вами такой: или глобальное потепление, поднятие уровня океана, старение населения и нехватка ресурсов. Или жить не более 38 лет.

И не знаю, как вы, а лично я выбираю первое.

А о судьбе будущих поколений пусть Грета Тунберг подумает.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Принуждение к Сети

Футурологи и теоретики кибер-панка еще несколько десятилетий назад предупреждали человечество о грядущей гегемонии транснациональных технологических корпораций. И хотя традиционные государства сдаваться пока не собираются, международные общественные организации и активисты уже констатируют наступление новых времен.

Изобретатель всемирной паутины Тим Бернес-Ли предлагает человечеству подписать так называемый «Договор во имя Сети», где за каждым из субъектов сетевого взаимодействия закрепляются определенные обязательства. Правительства должны гарантировать всеобщую доступность интернета и защищать персональные данные. Корпорации должны развивать технологии и уважать частную жизнь граждан. Сами же граждане должны пользоваться Сетью, развивать ее содержание и защищать свои завоевания. В общем, за всё хорошее против всего плохого. Жаль только, что никто из перечисленных выше субъектов не хочет ничего из предлагаемого. Государства хотят контролировать доступ, корпорации хотят торговать личными данными, а граждане хотят, чтобы за них всё делали другие.

В этой ситуации, когда и верхи, и низы одновременно не могут и не хотят, общественная мысль претерпевает удивительные метаморфозы. Ну вот подумайте, какая организация могла бы подготовить доклад, в котором констатируется опасность современных социальных сетей, непрозрачность их алгоритмов и незащищенность гигантских массивов персональных данных? А также декларируется необходимость государственного надзора и контроля за разработкой и эксплуатацией подобных интернет-механизмов, отказ от контекстной рекламы и принуждение — нет, вы слышите? Принуждение! — социальных сетей к оказанию услуг без согласия пользователей на обработку личной информации. Ну, наверное, это какая-нибудь спецслужба, — предположите вы. Ну или какой-нибудь выступающий от имени спецслужбы парламентский комитет.

А вот и нет. Государственного контроля над разработкой и работой социальных сетей требует, внимание, международная правозащитная организация Amnesty International. Созданная когда-то для того, чтобы бороться против злоупотребления государствами своими контрольными функциями.

И если это не наступление предсказанного футурологами и теоретиками кипер-панка полного технологического безумия, то таки да — это действительно не оно. Ну то есть к тому, что созданные юными техногениями в гаражах дерзкие стартапы превращаются в тоталитарных монстров с веселыми логотипами мы вроде привыкли.

Но вот того, чтобы правозащитники просили у государства использовать принуждение — этого ни футурологам, ни теоретикам кибер-панка сорок лет назад и в голову прийти не могло.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.

Скажи мне кто ты

Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты — говорил древнегреческий поэт Эврипид. За прошедшие с тех пор две с половиной тысяч лет многое изменилось. Друзей в том смысле, который вкладывал в это слово Эврипид, у современных людей в общем случае нет. Зато есть друзья в социальных сетях. И если судить о владельцах аккаунтов в социальных сетях по списку их друзей в них, то еще неизвестно, сможете ли вы что-нибудь сказать об этих владельцах. Ну попробуйте что-нибудь сказать о Дональде Трампе по 58 миллионам его подписчиков в Твиттере. Ничего не получится.

Поэтому теперь всё иначе. Теперь мы с вами сами должны сказать, кто мы. И тогда нам скажут, кто наши друзья. Фейсбук предлагает друзей, тот же Твиттер. А Тиндер так и вообще создан специально для этого — для того, чтобы вы познакомились с кем-нибудь, кто вам, по мнению Тиндера, очень подходит.

Современному инфантильному человеку, не способному брать на себя ответственность даже за выбор друзей, идея настолько понравилась, что он решил распространить ее шире. В Литве, например, запустили приложение GetPet, позволяющее вам выбирать себе друзей, у которых четыре ноги. Приложение заполнено анкетами содержащихся в литовских приютах бездомных собак. Вы говорите, что именно вы предпочитаете, и приложение предложит вам варианты на выбор. С понравившейся собакой можно познакомиться, а можно и взять домой.

А в Великобритании пошли еще дальше. Там создали сервис для знакомства с коровами. Причем знакомиться с коровами предлагается не людям, а тоже коровам. Разумеется, при посредстве людей. Потому что коровы пока еще не умеют пользоваться мобильными приложениями. Но то, что они не умеют пользоваться такими приложениями, совершенно не означает, что им эти приложения не нужны. Потому что корове тоже хочется подобрать себе хорошую пару.

Компания же Samsung пошла по пути расширения не видового многообразия, а критериев оценки. Ее новый сервис Refrigerdating подбирает совместимых людей с помощью, внимание, фотографий продуктов, лежащих в их холодильниках. Справедливо полагая при этом, что раз уж люди едят одно и то же — то и интересы у них будут схожие. Скажи мне, что ты ешь, и я скажу, кто твой друг — так мог бы сказать Эврипид, доживи он до наших дней.

Сдается мне, правда, что особенным успехом будут пользоваться те люди, в холодильниках которых лежат черная икра и шампанское.

Originally published at <KONONENKO.ME/>. You can comment here or there.